Известный советский биофизик М.В. Волькенштейн на экзаменах по своему предмету любил задавать студентам вопрос о природе межатомных взаимодействий в растворимой белковой глобуле или молекуле ДНК. Если студент уверенно перечислял все известные виды физических сил, профессор не без хитрости щурил глаз и глубокомысленно вопрошал: «А за счет чего же она живет?». Вот тут-то крылся самый подвох, и, упаси Бог, экзаменующемуся было пуститься в пространные рассуждения о животворящей силе, метагенетических лучах Гурвича, сверхслабых информационных полях – его ждал незамедлительный провал и анафема, а профессор потирал руки в удовлетворении, что разоблачил очередного «лжеученого». Последние годы жизни (1912...1992) Михаил Владимирович особенно много сил уделял борьбе с лженаучными теориями, но, к сожалению, не дожил до времени их пышного цветения. Люди оказались куда более иррациональными, чем виделось многим приверженцам «строгих правил».

Издатель журнала «Скептик» Майкл Шермер в предисловии к своей недавно вышедшей книге «Почему люди верят в странные вещи» цитирует замечание профессора психологии Роберта Штенберга: «Конечно, занимательно слушать о заблуждениях других, когда мы сами абсолютно уверены, что никогда не будем столь глупы. Но возникает вполне обоснованный вопрос: почему даже умные люди верят в таинственные силы?» Шермер объясняет это тем, что интеллектуалы не могут и не хотят расставаться с предрассудками, потому что они привыкли отстаивать свои убеждения, вне зависимости от того, какими путями они пришли к ним. Подобным образом Лев Толстой описывает чувства героя, который сначала врал на потеху публике, потом привык, а с годами сам поверил в придуманную ложь.

Не зря многие народы хранят имена исторических мудрецов, бескорыстно ведомых голосом правды. В минуты раздумья трудно не поддаться сладкозвучному зову любви. Разве что прикованный цепями Одиссей отважился проплыть мимо. Еще труднее оставаться искренним с самим собой. Куда легче учить других раскладывать факты по полочкам, пользоваться логикой, взвешивать все «за» и «против», искать и находить рациональные решения. Забывая при этом, что, как правило, к убеждениям мы приходим не благодаря логике, а вопреки ней: через различные обстоятельства и самые разнообразные причины, ничего общего с разумом не имеющими. Истоки наших убеждений имеют общие генетические и сугубо наследственные корни, плюс еще влияние родителей и родственников, воспитание и образование, социальная и культурная среда, жизненный опыт – все это формирует личные пристрастия и самобытность, подспудно переходящие в убеждения. А сложившиеся убеждения каленым железом не выжжешь. Исходя из убеждений, мы воспринимаем и сортируем весь объем обрушиваемой на нас информации, отбирая полезную и бесполезную. Получается, что мы глядим на мир через «зашоренные» очки, – о какой объективности восприятия можно тогда говорить?

Указанный феномен наложения личностных оценок на толкование мира искажает и подменяет научное доказательство. Опубликованные в отчете Национального научного общества США статистические данные выявляют интересную картину: 30% взрослых американцев полагают, что НЛО – космические корабли других цивилизаций; 35% всерьез увлекаются нумерологией и верят в счастливые числа; 40% считают астрологию наукой; 60% безоговорочно признают телепатию; 70% находят научно-обоснованной магнитотерапию; 90% прибегают к услугам альтернативной медицины. Вера в паранормальные явления, как оказалось, практически не зависит от степени образованности, и одинакова для школьников и специалистов с высшим образованием.

То, что процесс научного познания и предвидения основан на обобщении экспериментальных данных и проверке гипотез, не понимает 70% американцев. Из выпускников высших учебных заведений в области естественных, технических и точных наук таких «непонимающих» 50% – объективно существующих методов научного анализа они не признают. У них свои, личные взгляды на науку. Пожалуй, у наших соотечественников этот процент будет повыше.

В статье Ричарда Уокера с соавторами, опубликованной в журнале «Скептик», приводятся исследовательские данные в доказательство того, что не существует никакой связи между научными знаниями и верой в паранормальные явления и чудеса. Вместе с тем, на основе изучения университетской аудитории, авторы приходят к интересному заключению: «Независимо от уровня образования студентов, в их отношении к псевдонаучным утверждениям нет здравого смысла. Очевидно, что они не владеют методом научного познания. Сложившуюся ситуацию можно объяснить устаревшим подходом к образованию: студентов учат что думать, но не учат, как думать». Остается вопрос скептикам: а вообще можно научить правильно думать не робота, а человека?